Батальон в годы войны, Воспоминания ветеранов ВОВ Опции

[oleg1]

Поздравляю Всех связистов с Днем ПОБЕДЫ.

Блудов
Николай
Павлович
Стали ефрейторами по приказу Сталина
Я родился 21 января 1924 года в городе Москве. Нацио-
нальность – русский, вероисповедание – православный, бес-
партийный.
До войны окончил в 1941 году девять классов средней
школы № 335. О войне узнал по радио из выступления В.М.
Молотова 22 июня 1941 года во время школьных каникул. Во
дворе дома №8 по улице Солянка, где я проживал в семье, я с
ребятами нашего двора услышал, что по радио выступает Мо-
лотов, и побежал домой слушать его выступление, которое
передавалось по радиотрансляционной сети.
В течение лета 1941 года нам, школьникам, пришлось ра-
ботать в наших домах по покраске деревянных чердачных по-
мещений известковым раствором для предохранения их от
возгорания при попадании зажигательных бомб. После перво-
го налёта немецкой авиации на Москву 22 июля 1941 года нас
обязали во время налётов авиации дежурить на чердаках зда-
ний для нейтрализации зажигательных бомб, которые проби-
вали железные крыши и воспламенялись на чердаке. Их надо
было брать за хвостовое оперение и опускать в бочку с водой.
Такое дежурство я выполнял постоянно. Отказаться от него
было невозможно: это была нагрузка всем жильцам мужского
пола. Один раз я не вышёл ночью на дежурство, и меня вызва-
ли в отдел ОГПУ (НКВД – Народный комиссариат внутренних

дел) района по заявлению управдома товарища Попова, кото-
рый был очень строгим.
1 сентября 1941 года я пошёл в школу №335 в 10-й класс,
все школы в Москве уже начали работать. Проучившись одну
неделю, меня и всех учеников отправили на строительство
противотанковых рвов в Кунцево, под Москвой. Там мы лопа-
тами, без какой-либо техники копали глубокие противотанко-
вые рвы в течение месяца, до 5 октября 1941 года. Там мы жи-
ли, и нас кормили из походной кухни, а когда вернулись в Мо-
скву, школа уже больше не работала, и я со своими сверстни-
ками продолжал во время налёта немецкой авиации дежурить
на чердаке.
В ноябре 1941 года (уже после октябрьской паники в Мо-
скве, когда было введено осадное положение) меня вызвали в
Молотовский райвоенкомат, который находился в Хрусталь-
ном переулке, в здании Гостиного двора, и в порядке Всевобу-
ча (Всеобщего обязательного военного обучения) направили
учиться в 4-ю автомотошколу, которая находилась в Лефорто-
во, по специальности шофер третьего класса. Срок обучения
составлял тогда шесть месяцев, после чего я сдал государст-
венный экзамен и 17 апреля 1942 года получил квалификацию
шофера третьего класса.
Для прохождения стажировки и работы меня направили в
Первомайский трест очистки города Москвы по санитарной
очистке, где я проработал шесть месяцев. 2 ноября 1942 года я
был призван Молотовским райвоенкоматом города Москвы на
действительную службу в ряды Красной Армии.
Направили меня служить в армию по специальности шо-
фер в 153-й отдельный батальон связи в качестве рядового
солдата.
7 ноября 1942 года я принял присягу, получил зимнее об-
мундирование. В декабре 1942 года закончили формирование
батальона связи, который размещался в помещении школы на
1-й Мясниковской улице в Сокольниках. Мы получили воен-
ную технику, я - автомобиль с радиостанцией РСБ, и своим
ходом по Ленинградскому шоссе, далее через Кувшиново и
Осташков с остановками из-за нехватки горючего прибыли
под командованием комбата подполковника Астрова и на-
чальника штаба капитана Артюхова в расположение 6-го тан-
кового корпуса под Демьянском.

Ранее 6-й танковый корпус не имел батальона связи, и мы,
таким образом, пополнили его состав до нормы. Пробыв в
районе Демьянска несколько недель, нас опять стали собирать
в дорогу, так и не вступивших в сражение, ибо немцы убра-
лись добровольно, испугавшись котла.
В феврале 1943 года мы отправились на станцию Пено,
Калининской области, недалеко от Осташкова, и стали гру-
зиться на железнодорожные платформы для передислокации
на новое место. В это время, я помню, наступила небывалая
оттепель, и все дороги раскисли. А знаете, как трудно двигать-
ся по таким дорогам на автомобиле. Но здесь надо сказать спа-
сибо, что радиостанции были смонтированы на автомашинах
«виллис», которые имели хорошие ходовые качества, за что их
называли у нас вездеходы.
Воинский эшелон следовал на юг. Через несколько дней
мы приехали в Москву. Нас перевели на станцию окружной
железной дороги - Канатчикова дача. Отсюда через дежурного
я позвонил домой матери, сообщил, что нахожусь в Москве, но
приехать она не могла, так как я не знал, когда двинется эше-
лон. Мы все были рады, что уехали с Северо-Западного фрон-
та, так как очень плохие там дороги, много болот и мало насе-
ленных пунктов, где можно зимой погреться. Ведь всю зиму
приходилось находиться то в лесу, то в поле; хорошо, если ус-
певали вырыть землянки, в них наше спасение. Простояли не-
сколько дней в Москве, затем нас повезли далее на юг, куда,
мы не знали, но выехали на железнодорожную ветку по на-
правлению к станции Касторная, далее повернули на Курск,
где мы стали разгружаться. После разгрузки своим ходом на-
правились по шоссе Москва – Харьков в сторону Белгорода,
который был оккупирован немцами.
Не доехав до Обояни, мы свернули в близлежащий лес, где
разместились на некоторое время. Здесь мы работали по обу-
стройству части: копали капониры под автомашины, чтобы
укрыть машину от осколков авиабомб, маскировали автомоби-
ли под окружающую среду путём закрепления веток от де-
ревьев. Находясь во втором эшелоне, мы маскировались от
воздушной разведки и, кроме того, проходили воинскую под-
готовку: изучали последние немецкие танки и наше новое воо-
ружение.

5 июля 1943 года меня разбудил гул множества самолётов,
которые летели над нами на север, затем послышалась канона-
да на переднем крае у Обояни, хотя мы находились во втором
эшелоне около 30 км от передовой. Нас подняли по тревоге, и
мы направились в конце дня на передние рубежи - у Раково и
Шепелёвка и остановились, ожидая наступления u1087 противника.
Сначала со стороны немцев началась сильная артиллерий-
ская стрельба и бомбежка авиации, но я укрыл машину в капо-
нире, замаскировал её, а радист вёл связь между штабом кор-
пуса и бригадами. В течение одной недели, до 12 июля, 1943
года, в летнюю жару, без паники и суеты мы отступали и еже-
дневно занимая новое место около штаба 6-го танкового кор-
пуса, всего проехав назад, в сторону Курска, километров 20, не
более. Несмотря на то что я впервые участвовал в боевых дей-
ствиях, хотя и в качестве шофера, но в составе батальона связи
танкового корпуса, у меня была уверенность, что мы удержим
оборону и не будем отступать, как в 1941 году, это видно было
и по настроению моих товарищей. Таким образом, несмотря
на короткое время соприкосновения с противником, мы силь-
но устали, так как почти не спали и все время бодрствовали,
нагрузка на всех была максимальной.
На нашем участке фронта наступление немцев прекрати-
лось, они пошли стороной к Прохоровке. За время около двух
недель мы получили новое пополнение и технику взамен раз-
битой, но у меня всё было цело, только пришлось подремон-
тировать рессоры, которые сильно прогнулись из-за езды по
пересеченной местности.
В начале августа, оправившись после сражений в обороне,
мы пошли в наступление на Богодухов, через Томаровку. Во
время этой операции никакого геройства я не проявлял, а че-
стно исполнял свой долг водителя, рядового солдата, следовал
по указанному маршруту, следил за автомобилем, пробирался
по бездорожью. Для меня важно было, чтобы автомобиль все-
гда был на ходу, не пострадал от осколков бомб и снарядов,
всегда имелось горючее и прочее, что должен делать любой
шофер действующей армии.
В Богодухов я въехал вместе со штабом 6-го танкового
корпуса, которым командовал генерал А.Л. Гетман. Останови-
лись мы на его окраине, в небольшой роще, в это время в штаб
корпуса приехал Георгий Константинович Жуков, которого

мне удалось увидеть. Далее в течение августа 1943 года бои
шли южнее Богодухова, в сторону Шаровки.
Моя задача была скромная: обеспечить наступающим тан-
ковым бригадам надежную мобильную связь со штабом кор-
пуса, что я и выполнял по мере продвижения корпуса вперед.
В середине сентября нас вывели из соприкосновения с
противником, и мы направились в Сумскую область на до-
формирование и пополнение. В конце октября 1943 года нам
вручили гвардейское знамя представители 1-й танковой армии.
Теперь наш батальон получил новое название 351-го отдель-
ного гвардейского батальона связи, а всех рядовых солдат по-
высили в звание – они стали ефрейторами по приказу Сталина.
Таким образом, я стал ефрейтором, звание, которое до сих пор
больше не менял, и оно записано в военном билете.
А танковый корпус, в состав которого входил наш баталь-
он связи, стал именоваться 11-м гвардейским танковым корпу-
сом. По этому поводу у нас было много торжеств и митингов.
Во время нахождения в резерве батальон связи пополнил-
ся, а меня перевели служить на бензовоз, смонтированный на
автомашине ЗИС-5. Поскольку я имел опыт работы на грузо-
вом автомобиле еще в Москве после окончания автошколы,
мне не пришлось долго его осваивать, да и работа шофером на
гражданской и военной службе мало чем отличается. Лишь
была бы машина в порядке, всегда надо быть готовым к любо-
му рейсу, несмотря на дорогу, на погоду и на опасности, кото-
рые подстерегают нас.
Теперь в мою задачу входило непрерывное обеспечение
горючим всего автотранспорта батальона связи, которого было
около 30 единиц.
В конце 1943 года мы получили команду своим ходом
двинуться на запад, на правобережную часть Украины. Про-
ехав сотни километров без остановок, мы переправились через
Днепр по понтонному мосту в районе Дарницы, у Киева, и
расположились в городе Бышев, в 60 км западнее Киева. Как
во время движения батальона по дороге в Бышев, так и после
прибытия я обеспечивал работу всего автохозяйства, ибо, как
говорится, была война моторов, и распространяться о себе мне
кажется лишнем. В Бышеве заправили полные баки горючим,
а в конце декабря 1943 года корпус пошёл в наступление на
Житомир.

Перед началом наступления с нашей стороны была силь-
ная артиллерийская подготовка, у нас солдаты её называли
«играет ансамбль Александрова».
Наш батальон связи двигался вместе со штабом корпуса к
Бердичеву и Казатину, а моя задача уже под сильным огнем
противника, доставлять горючее. Расстояние между тылами
корпуса и батальона при стремительном наступлении увели-
чивалось, и приходилось совершать большие рейсы.
В начале января 1944 года мы вошли в Бердичев, затем
повернули на Жмеринку, и здесь, как мне помнится, немцы
нанесли сильный контрудар. Я еле нашёл свою часть, так как
штаб корпуса тоже оказался под угрозой, но немцев останови-
ли, и мы перешли к обороне.
Погода в это время была снежной, дул сильный ветер. Я
заболел, у меня отнялись ноги, я был направлен в госпиталь
сначала в медсанбат, а затем на стационарное лечение в тыл.
После излечения был направлен в мае 1944 года в 7-ю
авиационную бомбардировочную дивизию авиации дальнего
действия, в 72-й отдельный авиатехнический батальон в каче-
стве шофера в звании ефрейтора. Полк находился на аэродро-
ме на Украине около станции Попельная, на западе Киева. Я
служил в батальоне аэродромного обслуживания, перевозил
авиабомбы к самолётам и другие бортовые грузы на автомо-
биле ГАЗ.
Работа была мне знакома, полеты самолётов Ил-4 прохо-
дили каждую ночь, а днем я возил к ним бомбы по 50, 100, 500
килограммов, больших не было.
В течение 1944-1945 годов дивизия передислоцировалась
на запад несколько раз, в конце войны ее полк, который я об-
служивал, находился на аэродроме около города Замостье в
Польше. Здесь я находился в день Победы 9 мая 1945 года.
После окончания войны я продолжал служить в этой час-
ти, и в 1946 году дивизия передислоцировалась на Украину, в
город Полтава, где аэродром находился на окраине города.
Самолёты продолжали находиться в мобилизационном со-
стоянии, и мы поддерживали их живучесть.
Демобилизовался я 6 марта 1948 года на основании поста-
новления Совета Министров СССР от 13 января 1948 года из
города Полтавы в Москву, домой, на улицу Солянка, в дом 8, в
квартиру 44, откуда был призван в армию в 1942 году. По
102
прибытии в Москву я пошёл работать на Московский автоза-
вод имени Сталина в прессовый цех.
В моей семье во время войны ушли в армию старшие бра-
тья и сестра, которые прошли всю войну:
Блудов Николай Павлович, 1911 года рождения, демоби-
лизовался в звании капитана, были вручены медали: «За отва-
гу» и «За победу над Германией»,
Блудов Василий Павлович, 1913 года рождения, демоби-
лизовался в звании рядового, была вручена медаль «За победу
над Германией»,
Блудова Нина Павловна, 1921 года рождения, лейтенант
медицинской службы, была вручена медаль «За победу над
Германией».
Я сам был награжден медалью «За победу над Германи-
ей».
Прошло больше 60 лет с начала моей службы в армии,
многое забылось, да и служба была моя рядовая. На гражданке
так же, как на войне, особых заслуг не имел, но и выговоров и
наказаний не было. Работал и служил честно, как умел. Самой
ценной наградой стала жизнь да медаль «За победу над Герма-
нией» как память о тяжелых годах войны.
Декабрь 2003 года
В подготовке настоящих воспомина-
ний оказал помощь Швецов Егор Вален-
тинович, студент 1-го курса факульте-
та прикладной механики Московского
авиационного института